Взятка в 70 тысяч рублей обошлась военкому Савеловского района Москвы в три года колонии общего режима. Офицер уверен, что дело в отношении него сфабриковано. Но, по словам военных прокуроров, фабриковать дела нет смысла: военкомы и без того берут взятки, только доказать это сложно.
Во вторник Московский окружной военный суд вынес решение по уголовному делу в отношении бывшего военного комиссара Савеловского района столицы Николая Гибаева. Приговор стал кульминацией одного из самых громких за последнее время дел о взяточничестве среди московских военкомов. Савеловского военкома задержали в декабре прошлого года при получении 70 тыс. рублей. Как утверждало обвинение, деньги ему передал выпускник военной кафедры за то, что не был призван на военную службу. По ст. 290 ч. 4 УК РФ (вымогательство взятки) полковнику грозило от 7 до 12 лет тюрьмы.
Однако, зачитывая приговор, судья сообщил, что переквалифицирует обвинение «с получения взятки на попытку получения взятки», хотя все же учитывает, что подсудимый «не смог совершить задуманное по независящим от него обстоятельствам – в связи с действиями работников милиции». Вместе с тем, суд счел, что Гибаев является отцом трех несовершеннолетних детей, у него нет судимости, зато есть многочисленные награды, полученные за время службы, и положительные характеристики с работы.
В итоге военкома приговорили к трем годам лишения свободы в колонии общего режима.
Это минимальный срок по инкриминируемому ему обвинению. Суд также потребовал от Гибаева выплатить 12 тысяч рублей в счет судебных издержек и запретил ему занимать административные и государственные должности в течение двух лет после отбывания срока.
Жена полковника Светлана Гибаева сообщила журналистам, что их семья собирается в обязательном порядке обжаловать это решение в военной коллегии Верховного суда. Она уверена, что «дело сфабриковано руководством Московского военного округа», передает «Интерфакс». О том же в своем заключительном слове сказал и сам подсудимый. Правда, Гибаев не назвал имен своих противников, но обратил внимание на то, «которое давление оказывалось на следствие и на участников процесса со стороны прокуратуры».
Полковник пояснил, что уголовное дело было сфабриковано после того, что он «прошел собеседование на занятие вышестоящей должности» или по каким-то другим неизвестным для него причинам. Это линию пытался провести и адвокат подсудимого: заявитель – очевидно, «агент ФСБ», который «целенаправленно пришел в военкомат, чтобы создать провокационную ситуацию», намекнул защитник корреспонденту «Газеты.Ru» еще после первого заседания.
Впрочем, военные прокуроры говорят, что не видят смысла использовать такие методы в своей работе. Военкомы-взяточники и без того каждый призыв стараются заработать на желании молодых людей получить отсрочку от армии. Причем особой надежды на то, что ситуация изменится, когда Минобороны начнет регулярную ротацию кадров в военных комиссариатах, у прокуроров нет. Министр обороны Сергей Иванов решил ограничить службу офицера на конкретной должности в военкомате тремя годами, но, как отметил источник «Газеты.Ru» в военных кругах, не исключил, что все это время офицер будет «усиленно зарабатывать, пока не перевели в другое место – менее хлебное».
Сколько взяточников обнаружили к началу весеннего призыва среди столичных военкомов, в Главной военной прокуратуре пока не подсчитали.
Представитель этого ведомства заверил «Газету.Ru», что «никаких облав на военкомов прокуроры не устраивали», но подтвердил, что к весеннему призыву провели плановую проверку деятельности столичных военкоматов. По данным «Газеты.Ru», результаты ее оказались неутешительными для московских военкомов, но в ГВП обещали представить итоги по окончании весеннего призыва. Похоже, чтобы лишний раз не будоражить общественность.
Газета.ru
